Интервью: Карлос Кастанеда, Хавьер Молин (1984 год)

Материал из энциклопедии Чапараль
Перейти к: навигация, поиск

Перевод с испанского Михаила Волошина

Карлос Кастанеда, автор "Учения дона Хуана", находится в Мексике. В четверг, в 19:30, он будет общаться с публикой в книжном магазине Фонда Экономической Культуры. Мы начнем с того, что сформулируем сомнения многих читателей: дон Хуан существует или он выдумка (литературное творение) Карлоса Кастанеды?

"Он утверждает - существует конфликт читателя Карлоса Кастанеды. Он ссылается на свое собственное знание: как возможно, чтобы он писал вещи, которые не имеют значения в повседневном мире? Ключ этой реакции - рекомендация, которую он дает самому себе, когда он имеет знание".

Потом он говорит: "Дон Хуан - не литературный персонаж, он человек, которого уже нет в живых, но который жил в мире; в том мире, который известен и тебе, и мне. Я не смог бы создать такого персонажа, как дон Хуан, потому что у меня нет подготовки. То, что дон Хуан говорил мне - это не что-то, что я мог бы сымпровизировать или извлечь это как синтез моего чтения. Невозможно - это нечто отличное".

- Если бы вы собрались резюмировать учение дона Хуана или отметить, возможно, самое важное из учения - что бы это было?

- Самое важное для меня, во что я мог бы вложить все, что имею из того, что дон Хуан раскрыл - это предпосылка, которая состоит в потере личной важности; это чувство самовлюбленности, чувство собственного достоинства, которое нам завещали наши предки - идея того, что личное Я столь ценно.

"Когда-то я спросил у него, почему так важно было потерять чувство собственной важности. Дон Хуан сказал, что это очень просто - 90% нашей энергии уходит на защиту наших персон. Его идея состоит в том, что нет смысла для таких усилий. Защита персоны стоит слишком много и ни к чему не приводит".

Это для Карлоса Кастанеды "ключевая точка учения дона Хуана. Необходимость начать сберегать энергию для того, чтобы использовать ее для чего-то необычного".

Это нечто необычное встречается в том же учении Хуана Матуса. "Он заинтересован в том, чтобы воспринимать комплексы, которые не имеют никакой истории в повседневном мире. Например, новый комплекс состоит в том, чтобы видеть человека "светящимся яйцом", массой энергии, а не только твердым телом. Это дает индейскому брухо необыкновенное преимущество, которое закрыто для нас. Почему, - говорит он, - мы не заинтересованы в восприятии?"

"Когда он спросил это у меня, - рассказывает Кастанеда, - я уверял его, что был чрезвычайно заинтересован в восприятии, что на самом деле было не так, потому что единственная моя заинтересованность, как западного человека, была в значениях, в эпистемологии (наука о познании - прим. пер.), в способах и другом. Отсюда следует, что искал я новые значения, и я называл их новыми направлениями".

- Новые направления имеют что-то общее с отдельной реальностью дона Хуана?

- Отдельная реальность и есть полная реальность дона Хуана, поэтому он не заинтересован в новых направлениях или значениях, которые являются проделками интеллекта. Он заинтересован поисками новых единиц восприятия, у которых нет истории, как, например, видеть смерть - смерть, которая неумолимо возвращает нас в прежнее состояние. Как люди западного мира мы интуитивно чувствуем, но не видим крыло смерти. И в конечном итоге это нас не интересует, потому что (как говорил дон Хуан) нас не интересует жизнь.

В прологе к первому изданию на испанском "Учения дона Хуана" (Популярная Коллекция FCE, 1974) Октавио Пас пишет: "... вера дона Хуана питала и обогатила восприимчивость и воображение индейцев на протяжении нескольких тысяч лет". Относительно индейских культур Мексики Карлос Кастанеда говорит нам, что "конечно - это наследие страны. Дон Хуан - это Мексика, чистая Мексика, древняя Мексика".

"В настоящее время, - добавляет он, - в стране есть множество людей, которые вовлечены в тот же поиск, что и дон Хуан. Он позволил мне изложить его знание в моих книгах. В настоящее время я работаю на севере Мексики с людьми, которые являются его учениками, его наследниками".

"Самое важное, подчеркивает Кастанеда, - состоит в том, что когда прибыли испанцы - они лишили индейцев видимой свободы. Испанцы оставили индейцев безо всего - полной парией".

"То, что осталось для дона Хуана и таких же, как он аборигенов - это встретиться лицом к лицу с полной свободой, которая не имеет ничего общего с политическими свободами, идеологическими или с правом на счастье и благополучие".

Кастанеда объясняет, что полная свобода "касается встречи лицом к лицу с неизбежной реальностью, смертью, распадам существа, сознания. Дон Хуан хотел быть свободным - полной свободы. Он не хотел умирать, как умирает человек в повседневности. Он говорил, что хочет превратиться в полное осознание".

Мы сказали Кастанеде: есть два слова в беседах Хуана Матуса, которые стоит объяснить - видение и сила.

"Дон Хуан говорил, что вся энергия, на которую мы можем рассчитывать, уже распределена. Отсюда следует, что мы не можем разорвать гегемонию восприятия, и когда мы встречаемся с брухо, мы верим, что столкнулись с непоследовательным человеком, потому что он не использует свободную энергию так, как это делаем мы".

В таком случае, чтобы можно было распоряжаться энергией, так как вся она распределена, мы должны высвободить ее, и для этого есть единственный способ сделать это - избавиться от того, что бесполезно. И это та самая важность персонального Я". Подход состоит в том, что "если мы сможем высвободить эту энергию - этого было бы достаточно для восприятия этой другой реальности, этой отдельной реальности и, прежде всего, было бы достаточно энергии для восприятия дара полного осознания".

Затем Кастанеда объяснил силу. "Она состоит из этой освобожденной энергии, что позволяет ему входить в невообразимые сферы восприятия. Человек силы - это тот, кто может входить в невообразимые миры восприятия, для тех, кто не смог высвободить энергию, кто использует всю свою энергию для защиты своих личностей".

"Если бы ты перестал чувствовать себя столь важным, - комментирует он, чтобы разъяснить идею, - ты был бы неуязвимым. Что тебе могли бы сделать? То, что нас ранит - это что нас предают, или нападают на нашу самовлюбленность. Кто-то делает лучшее, на что способен, это бесспорно, однако никогда не стоит это принимать столь серьезно. Вот в чем, пожалуй, очень хорошо схватываемый секрет".

Кастанеда определяет свое отношение, когда говорит: "Я не хочу известности или богатства - лишь выразить наиболее простым способом то, чему меня учил дон Хуан".

Он рассказал нам о своей самой последней, седьмой, книге, которая уже продается в Соединенных Штатах с названием, которое можно было бы перевести как "Внутренний огонь". Ее автор рассказывает, что американскому издателю не понравилось первоначальное название, с которым, вполне возможно, она появится на испанском языке: "Воины полной свободы". "То, что я хочу сделать - это представить набросок, своего рода введение в три умения, которые были составной частью знаний древних мексиканских аборигенов: мастерство восприятия, Намерения и того, что они называют сталкингом".

"Это последнее мастерство - искусство жить в повседневном мире наилучшим способом. Мастерство Намерения - искусство Намереваться устанавливать связь с силой, которая поддерживает нас, потому что есть что-то, что поддерживает нас, что дает нам энергию и, разумеется, мастерство восприятия - искусство осознания".

Относительно утверждения, что мы используем всю нашу энергию, чтобы придавать особое значение важности личного Я, мы указали на существование людей, очень удаленных от этой идеи - которые отдаются общественному, социальному делу. "Да, я имею представление о том, что вы говорите, поскольку знаком с историей". Кстати, он утверждает, что "каждый из больших современных лидеров - выходящие из себя маньяки. Наполеон, например, который сделал огромный вклад в нашу манеру думать, Гитлер..., и он читает мемуары Фрейда - это приводящая в отчаяние вещь..."

Мы не соглашаемся, настаиваем на том, что мы говорим о людях, увлеченных общественными, социальными делами, таких, как Мигель Идальго или Эмилиано Сапата. Карлос встает, не ответив.

"Это другие вещи - у них иная кожа. Там есть другой древний порядок, другой ген. Эти люди ближе к дону Хуану, чем европейские лидеры. Это другое мировосприятие".

См. также