Стирание личной истории

Материал из энциклопедии Чапараль
(перенаправлено с «Личная история»)
Перейти к: навигация, поиск

Стирание личной истории (англ. erasing personal history)

– Нельзя ли уточнить, что имеется в виду, когда ты говоришь «избавиться от личной истории»? – спросил я.

– Уничтожить ее, покончить с ней – вот что, – жестко ответил дон Хуан.

– Возьмем, например, тебя. Ты – яки. Ведь ты не можешь этого изменить.

– Я – яки? – с улыбкой спросил он. – С чего ты взял?

– Верно! – сказал я. – Я не могу этого знать наверняка, но сам-то ты знаешь, и это единственное, что имеет значение и что делает этот факт личной историей.

Я почувствовал, что попал в точку. Но он ответил;

– То, что мне известно, – яки я или нет, еще не делает это личной историей. Личной историей становится лишь то, что знаю не только я, но и кто-нибудь другой. И я уверяю тебя, что никто никогда не узнает этого наверняка.

<...> – Ты недоумеваешь, кто же я такой? – спросил он, словно читая мои мысли. – Тебе никогда не узнать, кто я и что из себя представляю. Потому что у меня нет личной истории.

Дон Хуан сказал, что мой отец – пример того, о чем идет речь. Он велел вспомнить, что думает обо мне отец, а потом сказал.

– Отец знает о тебе все. Поэтому ты для него – как раскрытая книга. Он знает, кто ты такой, что собой представляешь и чего стоишь. И нет на земле силы, которая могла бы заставить его изменить свое отношение к тебе.

Дон Хуан сказал, что у каждого, кто меня знает, есть представление обо мне, и что я подпитываю это представление всем, что делаю.

– Неужели тебе не ясно? – драматически сказал он. – Ты должен постоянно обновлять свою личную историю, рассказывая своим родителям, родственникам и друзьям обо всем, что делаешь; а если бы у тебя не было личной истории, надобность в объяснениях тут же отпала бы. Твои действия не могли бы никого рассердить или разочаровать, а самое главное – ты не был бы связан ничьими мыслями.

<...> Всю личную историю следует стереть потому... – медленно, как бы давая мне время для моего неуклюжего записывания, произнес он, – ...что это делает нас свободными от обременяющих мыслей других людей.

- Я имею в виду скопление твоих обычных чувств и мыслей, твою личную историю, - объяснила Клара. - Все то, что делает тебя тем, кем ты себя считаешь, единственной и неповторимой личностью.

- Что плохого в моих обычных чувствах и мыслях? спросила я.

Ее непонятные высказывания определенно начинали меня раздражать.

- Эти обычные чувства и мысли - источник всех твоих проблем, - заявила она.

Цель практики

Текучесть

Дон Хуан пояснил, что к тому времени, как воин, овладев сновидением и видением, разовьет дубля, он должен также преуспеть в стирании личной истории, самозначительности и распорядков.

Он сказал, что все техники, которым он обучал меня и которые я считал пустыми разговорами, были, в сущности, средством устранить непрактичность обладания дублем в обычном мире, делая меня самого и мир текучими, помещая меня самого и мир за границы предсказуемости.

– Текучий воин не может больше принимать мир в хронологическом порядке, – объяснил дон Хуан. – Для него мир и он сам не являются больше объектами. Он – светящееся существо в светящемся мире. Дубль – это простое дело для мага, который знает, что он делает. Записывание – это простое дело для тебя, но ты все еще пугаешь Хенаро своим карандашом.

Остановка внутреннего диалога

Он сказал, что существуют два основных вида деятельности или две техники, используемых для ускорения остановки внутреннего диалога: стирание личной истории и сновидение. Он напомнил мне, что на первых этанах моего ученичества дал мне целый ряд особых методов для изменения моей личности. Я внес их в свои заметки и забыл о них на несколько лет, пока не понял их важности. На первый взгляд, эти методы казались крайне специфическими способами заставить меня изменить свое поведение.

Исключение жалости к себе

Фасады изменяешь, изменяя использование элементов острова, – сказал он. Возьмем опять жалость к себе. Она была полезной для тебя, потому что ты или чувствовал свою важность, считая, что заслуживаешь лучших условий, лучшего обращения, или потому, что ты не желал принимать ответственность за поступки, приводящие в состояние, которое вызывало жалость к себе, или потому, что ты был неспособен сделать идею неизбежной смерти свидетелем своих действий и дающей тебе советы. Стирание личной истории и три сопутствующие ей техники являются средствами, используемые магами для изменения фасадов элементов острова. Например, стиранием личной истории ты отрицал использование жалости к самому себе. Для того, чтобы жалость к себе сработала, тебе необходимо быть важным, безответственным и бессмертным. Когда эти чувства каким-либо образом изменены, ты уже не можешь жалеть самого себя.

Предварительная практика

Избавление от самозначительности, принятие ответственности, смерть как советчик

Он объяснил, что для того, чтобы помочь мне в стирании личной истории, нужно было обучить меня еще трем техникам. Они заключались в избавлении от самозначительности, принятии ответственности за свои поступки и использовании смерти как советчика. Без благоприятного эффекта этих техник стирание личной истории могло вызвать в ученике переменчивость (shifty – ловкий, изворотливый, хитрый, жульнический, нечестный, переменчивый), уклончивость и ненужную подозрительность относительно самого себя и своих поступков.

Перепросмотр

Флоринда сказала, что самыми важными задачами, которые может выполнить воин, ее бенефактор считал три основных техники сталкинга – ящик, список событий для пересмотра и дыхание сталкера. По его мнению, наиболее действенным средством для потери человеческой формы является глубокий пересмотр. После пересмотра своей жизни сталкерам легче использовать все неделания самого себя, такие, как стирание личной истории, потеря собственной значительности, ломка привычек и т. п.

Практика

Захотеть и отсекать понемногу

– Но как можно избавиться от личной истории? – спросил я с желанием спорить.

– Сначала нужно этого захотеть, а потом человек должен продолжать гармонично отсекать ее понемногу.

Стирать вокруг себя все до тех пор, пока ничего не будет само собой разумеющимся

– Возьми для примера себя, – продолжал он. – В данный момент ты не знаешь, что тебе делать, потому что я стер личную историю, постепенно окутав туманом свою личность и всю свою жизнь. И теперь никто не может с уверенностью сказать, кто я такой и что делаю.

– Но ты-то сам знаешь, разве не так? – вставил я.

– Я-то, будь уверен… тоже нет! – воскликнул он и покатился по полу, смеясь над моим удивленным взглядом.

Прежде чем сказать «тоже нет» он выдержал довольно длительную паузу, и я был уверен, что он скажет «знаю». Его уловка действительно очень меня напугала.

– Это и есть тот маленький секрет, который я намерен тебе сегодня открыть, – тихо произнес дон Хуан. – Никто не знает моей личной истории. Никому не известно, кто я такой и что делаю. Даже мне самому.

<...> – Откуда мне знать, кто я такой, если все это – я? – спросил он, движением головы указывая на все, что нас окружало. Потом он взглянул на меня и улыбнулся.

– Ты должен стирать вокруг себя всё до тех пор, пока ничего не будет само собой разумеющимся, пока ничего не будет несомненным или реальным. Сейчас твоя проблема в том, что ты слишком реален. Твои стремления слишком реальны, твои настроения слишком реальны. Не принимай вещи настолько очевидными. Ты должен начать стирать самого себя.

Никому не раскрывай то, что в действительности делаешь

– Начни с простого – никому не рассказывай (revealing — делать скрытое видимым, открывать, показывать) о том, что в действительности делаешь. Потом расстанься со всеми, кто хорошо тебя знает. Таким образом ты постепенно создашь вокруг себя туман.

Перестать объяснять свои поступки

– Ты каждый раз чувствуешь себя обязанным объяснять свои поступки, как будто ты – единственный на всей земле, кто живет неправильно. Это – твое старое чувство значительности. У тебя его все еще слишком много, так же, как слишком много личной истории. И в то же время ты так и не научился принимать на себя ответственность за свои действия, не используешь свою смерть в качестве советчика и, прежде всего, ты слишком доступен. Другими словами, жизнь твоя по-прежнему настолько же беспорядочна, насколько была до того, как мы с тобой встретились.

Находиться в одиночестве без дискомфорта

Я следовал его советам, хотя и не всегда буквально, и частично преуспел в разрушении повседневных распорядков, принятии ответственности за свои поступки, стирании личной истории. И наконец я пришел к тому, что еще несколько лет назад приводило меня в ужас. Отныне я мог оставаться в одиночестве без нарушения физического или эмоционального комфорта.

Не недооценивать практику

Он утверждал, что, заставив меня сфокусировать внимание на псевдозадаче учиться «видеть», он успешно достиг двух вещей. Во-первых, он наметил прямое столкновение с «нагуалем», не упоминая о нем, а во-вторых, с помощью трюка он заставил меня рассматривать важнейшие моменты его учения как несущественные. Стирание личной истории и сновидение никогда не были для меня столь же важными, как видение. Мне они казались очень увлекательной деятельностью. Я даже считал, что они были практиками, которые давались мне легче всего.

– Легче всего, – сказал он насмешливо, когда услышал мое замечание.

Умеренность и сила

Он убедительно объяснил, что благодаря его завлекающему маневру я заинтересовался стиранием личной истории и сновидением. Эффект этих двух техник был бы совершенно разрушительным, если бы они практиковались во всей их полноте. А главной заботой каждого учителя является не дать своему ученику сделать что-то такое, что швырнет его к помрачению разума и истощению.

– Стирание личной истории и сновидение должны были только помочь, – сказал он. – Каждому ученику для поддержки необходимы умеренность и сила. Вот почему учитель знакомит ученика с путем воина или способом жить как воин. Это клей, который соединяет все в мире мага. Мало-помалу учитель должен выковывать и развивать его. Без твердости и уравновешенности невозможно выстоять на тропе знания.

Переломный момент

Твой переломный момент означает конец той жизни, которую ты знаешь. <...> Ты должен покинуть своих друзей. <...> Критерий, по которому можно определить, что маг мертв, - продолжал дон Хуан, - определяется тем, что ему становится безразлично, находится он в обществе или один. Твоя личность умрет в тот день, когда ты перестанешь жаждать компании своих друзей и прикрываться своими друзьями как щитом.

Оставить родителей

Кто - то из публики спросил его, как происходит обмен между родителями и детьми.

Он ответил, что отрезать шнур пуповины новорожденного не подразумевает, что автоматически нарушается его связь с родителями. "Шнур" света остается активным в течение целой жизни, как соломинка энергии. Это - реальная связь, которую видящие видят подобно волокну, которое выходит из люминесцентного кокона родителей к их детям.

"Поскольку дренаж происходит не в сознательной форме, нет никакого способа, которым мы можем избежать этого. Не имеет значения, насколько родители и дети любили друг друга. С точки зрения энергии, эта любовь - только беспокойство из-за светимости, которая была обменена. По этой причине родители обычно столь требовательны к своим детям, пытаясь приспособить их всеми возможными способами так, чтобы они стали похожи на них. Приносить детей в этот мир - не просто поставка, это – инвестиции".

"Провидцы могут видеть, как, из-за ограбления, объектами которого были родители, их энергия разорвана, и фрагменты люминесцентной ткани проектируются наружу, подобно старой и протертой рубашке, или подобно тому, как будто они были раздавлены, и у них выпали кишки. Отвратительное зрелище!"

<...> Он ответил, что единственная возможность, которую мы имеем - это отменить команды социализации, оставляя отца и мать, и не поворачивать голову назад.

Покинуть друзей

Ты должен покинуть своих друзей. Ты должен распрощаться сними по-хорошему. Ты не сможешь продолжать идти путем воина, неся за плечами свою личную историю. И если ты не покончишь с прежним образом жизни, то не сможешь следовать моим наставлениям.

- Минутку, минутку, минутку, дон Хуан, - сказал я. - Мне нужно прийти в себя. Ты требуешь от меня слишком многого. По правде говоря, я не уверен, что смогу все это сделать. Мои друзья - это моя семья. Моя точка отсчета.

- Точно, точно, - заметил он, - твоя точка отсчета. Именно поэтому с ними следует расстаться. У магов только одна точка отсчета - бесконечность.

Связи

Связь с телом

- Ходьба всегда погружает в воспоминания, - продолжал дон Хуан. - Маги древней Мексики считали, что мы храним все, что пережили, в виде ощущений с задней стороны ног. Они считали задние стороны ног складом личной истории человека. Так что давай сейчас пройдемся по холмам.

Связь с мелким тираном

- Новые видящие использовали мелких тиранов, - продолжал дон Хуан, пристально глядя на меня, - не только для того, чтобы избавиться от чувства собственной важности, но также и для того, чтобы осуществить сложнейший маневр по устранению себя из этого мира. В чем он заключается, ты постепенно поймешь по мере того, как мы будем изучать искусство осознания.

Связь с волей

Как ты думаешь, я могу тренировать волю, например, отказываясь от чего-то?

- Например, от того, чтобы задавать вопросы, - съязвил дон Хуан. ... Отказывая себе в чем-либо, человек потакает себе, идя на поводу самолюбия или даже самовлюбленности. Я не советую заниматься подобными глупостями. Поэтому и позволяю тебе спрашивать - все, что ты пожелаешь. Если бы я потребовал от тебя прекратить задавать вопросы, ты мог бы поранить свою волю, пытаясь выполнить мое требование. Самоограничение - самый худший и самый злостный вид потакания себе. Поступая подобным образом, мы заставляем себя верить, что совершаем нечто значительное, чуть ли не подвиг, а в действительности только еще больше углубляемся в самолюбование, давая пищу самолюбию и чувству собственной важности.

Связь с мужчинами и женщинами

– Прости, – сказал я, – неужели ты действительно собираешься рассказать мне о своей личной жизни?

– А почему бы и нет? – ответила она вопросом на вопрос.

Я разразился длинным обстоятельным объяснением на тему того, что дон Хуан говорил мне об обременяющей силе личной истории и о том, что каждому воину необходимо стереть ее. Сказал и то, что он запретил мне когда-либо говорить о моей жизни.

Она звонко расхохоталась, как будто я ее чем-то очень обрадовал.

– Это относится только к мужчинам, – сказала она. – Неделание твоей личной жизни состоит в рассказывании бесконечных историй, в которых нет ни единого слова о тебе реальном. Видишь ли, быть мужчиной означает иметь за спиной солидную историю. У тебя есть семья, друзья, знакомые, и у каждого из них есть определенное представление о тебе. Быть мужчиной означает, что ты должен отчитываться, ты не можешь исчезнуть так просто. Для того, чтобы стереть себя, тебе понадобилась уйма труда. Мой случай иной. Я женщина, и это дает мне замечательное преимущество. Мне не надо отчитываться. Известно ли тебе, что женщинам не надо отчитываться?

– Я не знаю, что ты имеешь в виду под необходимостью отчитываться.

– Я хочу сказать, что женщина может легко исчезнуть, – сказала она. – Во всяком случае, женщина может выйти замуж, она принадлежит мужу. В семье, где много детей, дочерей очень рано сбрасывают со счетов, никто не рассчитывает на них, и есть шансы, что какая-нибудь из них исчезнет, не оставив следа. Их исчезновение принимается легко. Сын же, с другой стороны, – это некто, на кого делается ставка. Сыну не так легко ускользнуть и исчезнуть. И даже если он это сделает, он оставит после себя следы. Сын чувствует вину за свое исчезновение, дочь – нет.

Альтернативные расшифровки

Личная история, формируемая чувством собственной важности, — это тот автоматический сон (в терминах Гурджиева) в котором человек находится вследствие неразвитости своей сущности (в терминах Гурджиева).

Чувство собственной важности возникает, когда вы в автоматическом существовании, то есть существовании с фиксированной точкой сборки, заряженные привнесенными из вне мем-комплексами, то есть шаблонами восприятия и жизни, формируете в себе структуру (личность) и которая частенько не соответствует вашей сущности (в терминах Гурджиева) и создает внутренний конфликт.

<...> Личная история это лог поступков в связи с такой мотивацией. Личную историю нужно калибровать только относительно пути к полной свободе аля Кастанеда.

Чувство собственной важности (ЧСВ) ассоциируется с реактивно инстинктивным вещами, а личная история (ЛИ) с непосредственным конкретным менталитетом, который находится онлайн в "оперативной памяти". Тяжело воевать с бессознательным (в том числе и с телом), а более конкретные вещи (ваши представления, шаблоны, мировоззрение) можно разобрать элементарно. Здесь встречается тема исключения личной истории.

Что такое ЛИ, если вы читали Путешествие в Икстлан? Это то, что вы о себе напридумали и то, что связывает вас, через это напридуманное, с другими людьми, точно такими же напридуманными.

Здесь первое, что могут вспомнить разные типы оккультистов, допустим Гурджиевцы, это Личность. Сложилась Личность, она нам мешает жить, действует посредством рассудочного ума, оперативного посюстороннего меркантильного интеллекта. Так наверное и есть, но давайте пойдём ещё дальше...

...всё упирается в идею фиксированности в определенном диапазоне и множественностью завязанностей с другими такими же фиксированностями. Чуть более абстрактно я пересказал то же самое, но отсюда всплывает тема кармической обусловленности и кармических взаимосвязей.

То, что мы себе придумали и поддерживаем и ассоциируем с собой называется нашим Я или ложным эго. Это ложное эго состоит из завязок с другими во вне и странных представлений о самих себе.

Личная история в конечном итоге — это вопрос исключения этого самого ложного эго из нашей жизни, чтобы обнаружить внутреннее, подлинное, энергетическое эго.

<Исключение личной истории не является самоцелью и вершиной. Наоборот. Исключение личной истории — это фундамент на котором разворачивается дальнейшая практика.>

Чувство собственной важности — это НЕ про "стремление офисного планктона стать главным менеджером".

<...> ЧСВ — это звериное, телесное бессознательное. Например, бессознательная ненависть, обида, страх, которые могут лежать в детстве, в забытом опыте.

<...> Вы человеку говорите "присядь", он говорит "не хочу" — это ЧСВ? Нет это ментальное реагирование. Это будет ЧСВ, только, если будет эмоционально-телесно-ощущательная реакция, негативная или позитивная. А словесно-ментально-шаблонное реагирование — это у Кастанеды называется личной историей.

См. также

Примечания